Фамилия Кадобный — редкая и неочевидная для бытового уха. Её основа не связана с распространёнными профессиями или мирскими именами, поэтому сразу отсекаем популярные, но маловероятные версии. Ключ к разгадке лежит в суффиксе -н-, который в русских фамилиях указывает на притяжательность или свойство, но не на происхождение от отца (как -ов/-ев или -ин). Кадобный — скорее всего, фамилия-прилагательное, образованная от прозвища или географического названия.

Самая убедительная версия связывает фамилию с диалектным словом «кадоб» или «кадоба». В говорах русского Севера и Сибири так называли корзину, кузов или особый вид заплечной ёмкости для сбора ягод и грибов. Человек, которого прозвали Кадобным, мог быть корзинщиком — мастером, плетущим такие изделия, или же просто иметь характерную походку или фигуру, напоминавшую этот предмет. Суффикс -н- в данном случае работает как в фамилиях Ремесленный, Скорняжный: он превращает название ремесла в фамильный признак.

Вторая, менее устойчивая гипотеза — связь с польским «kadobny» (ёмкий, вместительный) или украинскими диалектами, где «кадіб» означало кадушку. Если предки Кадобных жили на западе современной России или в Беларуси, фамилия могла возникнуть как прозвище полного, дородного человека. Но эта версия слабее, потому что в польской ономастике фамилия Кадобный не зафиксирована как распространённая, а в русских переписных книгах XVII–XVIII веков встречаются единичные упоминания «Кадобных» именно в северных уездах — под Архангельском и Вологдой.

География бытования фамилии сегодня подтверждает северный след: Кадобные встречаются в Кировской, Архангельской областях и в Пермском крае. Это регионы, где было развито кустарное плетение из бересты и лыка. Фамилия не стала дворянской или купеческой — она осталась крестьянской, «ремесленной», и сохранила прямую связь с занятием предка. В отличие от навязчивых версий про «кадо» (кадка), которые возникают у непрофессионалов, версия с корзинным промыслом подкрепляется и словообразовательной моделью, и ареалом.

Итог: Кадобный — это не «сын Кадоба», а человек, имеющий отношение к кадобе. Носитель фамилии может с уверенностью считать, что его предок был либо мастером по плетению корзин, либо получил прозвище за сходство с этим предметом. Другие объяснения — от личного имени или от географического названия — не имеют под собой ни документальной базы, ни логики русского фамильного суффикса.