Фамилия Камоза встречается нечасто, и её происхождение не лежит на поверхности. Чтобы понять, откуда она взялась и что значила, нужно разобрать несколько версий, и у каждой есть свои аргументы.

Начнём с самого вероятного объяснения. Прозвище Камоза могли дать человеку с определённым складом характера. В русских говорах существовал глагол «камодить» — копить деньги, жить с зажимкою, скуповато, сберегать. Если следовать этой логике, то Камозой называли прижимистого, расчётливого хозяина, который не транжирил добро. Косвенно эту версию подтверждает украинское слово «камза», которое означает «деньги». То есть прозвище могло быть напрямую связано с деньгами и накопительством. Фамилия образовалась по простой модели: к прозвищу добавили фамильный суффикс, и получилась форма Камоза (без типичного русского -ин или -ов, что указывает на украинское или южнорусское происхождение).

Есть и другая, менее бытовая гипотеза. Она отсылает нас к слову «камиза» — так называлась нижняя одежда, напоминающая тунику с длинными рукавами, сшитая из полотна. Это слово пришло в славянские языки из персидского, где оно означало «рубашка». Вполне возможно, что прозвище Камоза закрепилось за портным, который шил такие рубахи, или за человеком, который постоянно носил камизу и этим выделялся среди окружающих. Однако эта версия выглядит менее убедительной: прозвища по одежде обычно давались по заметной детали (например, «Лапоть» или «Шапка»), а камиза была повседневной, неброской вещью.

Интересно, что фамилия Камоза не имеет характерного русского суффикса принадлежности (-ов, -ев, -ин). Это наводит на мысль, что её носители происходят с территории современной Украины или юга России, где такие бессуффиксные фамилии (на -а, -о) встречаются гораздо чаще. В польском языке тоже есть слово «kamizela» (жилет), но оно звучит иначе и вряд ли стало основой.

Если подводить итог, то с наибольшей вероятностью предок современных Камоз был человеком бережливым, экономным, возможно, даже скуповатым — и это качество закрепилось за ним в виде прозвища. Вторая версия, с одеждой, остаётся скорее экзотической гипотезой, не имеющей надёжных подтверждений в ономастических источниках.