Фамилия Канасаментов — редкий случай в русском ономастиконе, и её происхождение кроется не в крестьянском прозвище или мирском имени, а в церковной и бытовой лексике. Основа фамилии — слово «канон» (греч. kanon — правило, норма) в его народном, искажённом произношении. В древнерусском языке «канас» или «канон» означало церковное песнопение, устав или даже сборник правил. Суффикс «-ментов» (вместо более ожидаемого «-ов» или «-ев») указывает на позднее, книжное или семинарское происхождение фамилии.

Скорее всего, Канасаментов — это искусственная фамилия, которую давали в духовных училищах и семинариях. Такие фамилии нередко образовывали от латинских или греческих корней с помощью суффикса «-ентов» (сравните: Адораментов, Рождественский, но с иной моделью). В данном случае к основе «канас» (от «канон») добавили суффикс «-ментов», что в переводе с латыни (participium) могло означать «тот, кто поёт каноны» или «связанный с каноном». Это объясняет, почему фамилия звучит не по-русски — она была придумана в учебных заведениях для будущих священников, где ценилась книжная культура.

Есть и вторая, более прозаичная версия: фамилия могла возникнуть из прозвища Канас (или Канаса) — так в некоторых говорах называли человека, который любил петь каноны или был причетником в церкви. Тогда суффикс «-ментов» — это не латинский элемент, а искажённое окончание отчества: «Канасов сын» могло превратиться в «Канасович», а затем, под влиянием книжности, в «Канасаментов». Однако это менее вероятно, так как для русских фамилий характерны суффиксы «-ов», «-ин», а не «-ментов». В любом случае, носитель фамилии Канасаментов — потомок либо семинариста, получившего «говорящую» фамилию, либо церковнослужителя, чьё прозвище закрепилось в необычной форме.

Географически фамилия крайне редка и встречается в основном в центральных регионах России, где были сильны духовные школы. В дореволюционных метрических книгах её можно найти в среде духовенства, но не у крестьян или купцов. Это сужает круг предков: скорее всего, они были связаны с церковью, возможно, были дьячками или священниками, а сама фамилия — результат искусственного словообразования, типичного для XVIII–XIX веков.