Фамилия Капиткин — редкий пример, где исходное слово почти исчезло из живого языка, но оставило след в фамильном прозвище. Основа здесь — «капитка», уменьшительная форма от «капка» или «кап», что в северных и сибирских говорах означало «шапку», «колпак» или, реже, «мешок». В словаре Даля зафиксировано слово «капи́ца» — головной убор, шапочка; «капитка» могла быть его просторечным вариантом. Соответственно, Капиткин — это «чей-то сын»: от прозвища Капитка, которое дали человеку, носившему заметный головной убор, либо мастеру, их шившему.

Суффикс «-ин» указывает на принадлежность: в древнерусской модели «Иван — Иванов сын» для основ на -а, -я добавляли именно -ин. То есть Капиткин буквально означает «сын (или потомок) Капитки». В отличие от фамилий на -ов (от мужских имён на твёрдый согласный), этот тип характерен для прозвищ и имён, оканчивающихся на -а. Интересно, что фамилия не получила широкого распространения: она встречается точечно в центральных областях России и на Урале, но не образует плотных гнёзд. Это говорит о том, что прозвище было локальным, возможно, диалектным.

Есть и другая, менее вероятная версия: от слова «капит» — так в некоторых говорах называли капустный кочан. Тогда Капитка — человек с круглой, плотной фигурой или, в шутку, огородник. Но эта гипотеза слабее, потому что «капитка» в значении «шапка» встречается в источниках чаще, а связь с одеждой даёт более естественную основу для прозвища.

Сословная принадлежность Капиткиных, скорее всего, крестьянская или посадская. Фамилии на -ин в этой среде были массовыми, а ремесленные прозвища (шапочник, колпачник) часто переходили в фамилии без изменений. В документах XVII–XVIII веков можно найти упоминания крестьян с прозвищем Капитка в переписях северных уездов, но систематических записей именно по Капиткиным нет — фамилия осталась в тени более частых Капкиных и Капустиных. Сегодня она редка, но сохраняет память о забытом слове и человеке, которого когда-то окликнули по шапке.