Фамилия Картенёва заставляет задуматься в первую очередь об ударении. Оно падает на последний слог — Картенёва, что указывает на типичную модель образования от прилагательного с суффиксом -ев-. В русских фамилиях суффикс -ев присоединялся к основам на мягкий согласный или на -й, а вот ударение на окончании — скорее южнорусская или белорусская черта. Это сразу отличает Картенёву от более распространённых «окающих» вариантов вроде Картонова.

Основа фамилии — «картен» — звучит необычно. Напрашивается связь с французским «carte» (карта), но в крестьянской среде, где фамилии чаще всего и складывались, такие заимствования — редкость. Гораздо вероятнее, что в основе лежит прозвище или диалектное слово. В русских говорах «карта» могла означать не только игральную карту, но и нечто кривое, перекошенное. Отсюда «картеня» — человек с дефектом речи или осанки, тот, кто «картавит» или ходит вразвалку. Либо же это уменьшительная форма от имени Карп: Картеня — как Карпушка, но с характерным южным смягчением.

Суффикс -ёв в конце, а не -ов, тоже говорит о многом. В северных и центральных губерниях чаще писали Картенов, с твёрдым окончанием. А вот форма Картенёв — с беглым гласным и ударным ё — типична для территорий, где цокали и якали, например, для Рязанской, Тамбовской или Курской губерний. Там же, кстати, любили прозвища с уменьшительными суффиксами -еня, -ёня.

Таким образом, предок носительницы фамилии Картенёва — скорее всего, крестьянин из чернозёмной полосы России, которого в деревне дразнили Картеней. За что — за картавость, за манеру горбиться или за то, что он был сыном Карпа, — уже не выяснить. Но фамилия чётко хранит этот звуковой портрет: мягкое, певучее окончание, которое не спутаешь с северной суровостью.