Фамилия Кельперис звучит не по-русски, и это её главная подсказка. Она образована не через привычные суффиксы -ов, -ин или -ский, а сохранила исходную основу целиком. Такое оформление указывает на то, что перед нами фамилия литовского или, шире, балтийского происхождения. В литовском языке мужские фамилии часто оканчиваются на -ис, -ас, -ус, и Кельперис как раз попадает в эту модель: окончание -ис — типичный маркер литовской фамилии в именительном падеже.

Основа этой фамилии — слово «kelpė» или «kelpis». В литовском языке это означает «лапоть», то есть плетёная обувь из лыка. Соответственно, Кельперис — это прозвище, которое мог получить либо человек, носивший лапти (возможно, бедный крестьянин), либо, что более вероятно, мастер по их плетению — лапотник. Ономастика знает множество таких примеров, когда ремесло или характерная деталь быта становились родовым именем. В польском языке есть похожее слово «kiełp» (лебедь), но для балтийского ареала связь с лаптями выглядит убедительнее и подтверждается литовскими словарями.

Географически фамилия Кельперис тяготеет к западным и северо-западным регионам бывшей Российской империи: Литве, Жемайтии, а также к пограничным с ними землям современной Беларуси и Польши. Носители фамилии могли оказаться в России после переселений конца XIX — начала XX века, когда крестьяне из литовских губерний уходили на заработки или переезжали в Сибирь. Встречаются также варианты написания — Кельперис, Кельперись, Кельпериц, но оригинальная литовская форма сохраняет именно окончание -ис.

Социальный контекст фамилии — крестьянский или ремесленный. Лапти были повседневной обувью простого люда, и фамилия, от них образованная, не несёт аристократического оттенка. Это прозвище по профессии или образу жизни, которое закрепилось за родом и передалось потомкам. Дворянских родов с такой фамилией в гербовниках не зафиксировано, что лишний раз подтверждает её народную, бытовую основу.

Если сравнивать Кельперис с однокоренными фамилиями, то в русской среде аналогом будет Лаптев или Лапотников. Однако литовская форма сохранила исходное слово почти без изменений, что делает фамилию ценной для историков языка: она — живое свидетельство того, как называли обувь и её мастеров в балтийских говорах.