Фамилия Кемпель — одна из тех, что пришли в Россию вместе с немецкими колонистами, массово переселявшимися в Поволжье и Причерноморье во второй половине XVIII — начале XIX века. Её основа — немецкое нарицательное Kämpe, которое переводится как «боец, воин; герой». То есть фамилия родилась из прозвища, которое давали человеку с определённым характером или родом занятий. Так могли назвать храброго, сильного мужчину, выделявшегося бойцовскими качествами, либо профессионального солдата.

В немецкой ономастике слово Kämpe — не редкость. Оно восходит к древневерхненемецкому kempho (воин) и родственно латинскому campus (поле битвы). Прозвище могло закрепиться за предком, который служил в наёмных войсках, участвовал в турнирах или просто славился драчливым нравом. Интересно, что в некоторых диалектах (например, нижненемецких) слово звучало как Kämpel или Kempel, что и дало фамилию с окончанием на -ель, характерным для немецких уменьшительных форм.

Фамилия Кемпель — не русская по происхождению, но прочно обосновалась на территории бывшей Российской империи. Встречается среди потомков немецких колонистов, а также в среде обрусевших немцев. В советское время многие носители сменили фамилию или русифицировали её до Кемпелев или Кемпов, но исходная форма сохранилась у тех, кто остался в немецких поселениях или эмигрировал в Германию.

С точки зрения словообразования, Кемпель — это чистая основа без русских суффиксов, что типично для фамилий, заимствованных из западноевропейских языков. В отличие от русских фамилий на -ов, -ин или -ский, она не указывает на принадлежность отцу или месту, а напрямую описывает самого первого носителя. Поэтому сказать, что Кемпель — это «сын воина», будет неверно: это сам воин, получивший прозвище за личные качества.

Встречаются и альтернативные версии. Некоторые исследователи связывают Кемпель с верхненемецким Kamm (гребень) или Kamp (огороженное поле), но они менее убедительны: для прозвища «боец» есть прямые лексические параллели, а для топографических названий — слишком много допущений. Наиболее правдоподобное объяснение остаётся военным: предок был либо наёмником в Тридцатилетнюю войну, либо солдатом в армии прусского короля, либо просто отчаянным драчуном, чья репутация закрепилась в фамилии.