Фамилия Харцев звучит на слух как что-то связанное с харчами, и это не случайно. В её основе лежит прозвище Харч или Харчо, которое в русских говорах означало «еда, провизия, съестные припасы». Человек, получивший такое прозвище, мог быть либо кормильцем, либо, наоборот, большим любителем поесть. В некоторых диалектах «харч» имело и более узкое значение — «дорожный запас еды» или «солдатский паёк», что указывает на возможную связь с военным бытом или торговлей съестным.

Словообразовательная модель проста: к основе «Харц-» (усечённый вариант от «Харч») добавился типичный русский суффикс принадлежности -ев. Фамилии на -ев, как и на -ов, образовывались от имён и прозвищ, оканчивающихся на мягкий согласный или «й». Так Харч превратился в Харцев, то есть «сын Харча» или «принадлежащий Харчу». Это патронимическая модель, самая распространённая в центральной России.

Интересно, что фамилия могла возникнуть и от редкого личного имени Харч. В дохристианской Руси существовала традиция давать «обережные» имена, которые должны были отвести от ребёнка голод. Назвав сына Харчем (то есть «едой»), родители как бы призывали в дом достаток. Имя это не было каноническим, но в крестьянской среде встречалось.

С географической точки зрения фамилия Харцев тяготеет к южнорусским и центральным областям, особенно к Воронежской, Тамбовской и Рязанской губерниям. Там слово «харч» было в ходу, а в документах XVIII–XIX веков встречаются крестьяне и однодворцы с таким прозвищем. В более северных регионах фамилия редка: там чаще говорили «снедь» или «ества».

Ошибочно связывать Харцева с украинским или кавказским «харчо» — супом. Хотя слово «харчо» тюркского происхождения, в русские фамилии оно попало уже через диалектное переосмысление как «еда вообще». Так что предки носителей фамилии — скорее всего, русские крестьяне или мещане, кормившие семью или торговавшие съестными припасами.