Фамилия Хламова образована от прозвища Хлам, и чтобы понять её смысл, нужно разобраться, что вкладывали в это слово наши предки. Прямое значение — ветхая одежда, старая обувь, битая посуда и прочий домашний скарб. Отсюда напрашивается первый вывод: прозвище Хлам мог получить обнищавший хозяин, человек, у которого за душой не было ничего, кроме старья. Но это лишь одна из версий.

Суффикс -ов указывает на принадлежность: Хламова — это буквально «дочь или жена Хлама». Такая модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ, и закреплялась за потомками уже во втором-третьем поколении. Интересно, что в некоторых областях России существовал глагол «хламостить» — врать, рассказывать небылицы, сплетничать. Если принять эту версию, то прозвище Хлам могло закрепиться за бахвалом или пустословом, которого слушать — только время терять.

Есть и третья, более приземлённая гипотеза. Хламовщиком в старину называли торговца подержанными вещами, этакого старьёвщика. Такой человек бродил по дворам, скупал за копейки ненужное тряпьё и перепродавал его. Прозвище Хлам в этом случае носило бы профессиональный оттенок и указывало бы на род занятий, а не на характер. Слабее эта версия потому, что профессиональные прозвища чаще образовывались от названия самого ремесла, а не от товара, но полностью исключать её нельзя.

Какая из трактовок правдоподобнее? Скорее всего, первая — от бедности. Прозвища, данные «от противного» или по внешнему виду, всегда были распространены шире, чем профессиональные. Человека, ходившего в обносках, вряд ли бы назвали иначе, чем Хлам. А вот враль или сплетник — это уже вторичное переосмысление, которое возникло позже, когда первоначальный смысл стёрся.

Фамилия Хламова фиксируется преимущественно в центральных и северных регионах России, где диалектное слово «хлам» и производные от него были в ходу. В письменных источниках она встречается с XVII века, когда за крестьянами и посадскими людьми начали массово закреплять фамилии по отцу. До этого момента прозвище Хлам могло передаваться от деда к внуку без изменений, и только потом оформилось в фамилию.

Отдельного внимания заслуживает однокоренной ряд: Хламов, Хламкин, Хламушкин, Хламидов. Последняя фамилия звучит почти книжно, но на деле имеет ту же основу. Такое разнообразие суффиксов говорит о том, что прозвище было живым и распространённым, а не единичным. В итоге потомки человека, которого дразнили Хламом за нищету или болтливость, получили фамилию, которая сегодня воспринимается как обычная русская, без негативного оттенка.