Фамилия Хлуев — яркий пример того, как неблагозвучное на первый взгляд слово может иметь вполне конкретное и необидное происхождение. В её основе лежит древнерусское прозвище Хлуй, а корень «хлу-» родственен таким словам, как «хлуд» (жердь, палка) и диалектному «хлуздать» (шататься, бродить без дела). Таким образом, прозвище могли дать либо высокому, худому человеку — «длинному, как жердь», — либо, что встречается реже, непоседе или бродяге.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: фамилия образована по стандартному отчественному принципу. Суффикс -ев указывает на принадлежность: Хлуев — это сын Хлуя. Такая модель типична для фамилий, возникших из прозвищ, оканчивающихся на мягкий согласный или «й». Если бы прозвище звучало как Хлуд, фамилия была бы Хлудов, но форма Хлуй дала именно Хлуева.

В русской ономастике фамилия Хлуев известна с XVII века. В исторических документах, например, в книгах Писцового делопроизводства, встречаются крестьяне с этим именованием в центральных и северных уездах России. Это говорит о том, что фамилия не была элитарной — её носителями были в основном крестьяне и посадские люди. Примечательно, что у фамилии есть редкая «зеркальная» параллель — фамилия Хлудов, образованная от той же основы, но с другим суффиксом, что в русской антропонимии встречается нечасто.

В отличие от многих фамилий, где корень со временем стерся и забылся, основа «хлу-» в Хлуеве сохранила прямую связь с диалектной лексикой. Это делает фамилию своеобразным диалектным маркером: её носители, скорее всего, происходят из регионов, где было в ходу слово «хлуй» или его производные. Сегодня фамилия встречается нечасто, что только подчёркивает её локальный и исторически конкретный характер.