Фамилия Кинус — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. В ней нет привычных русских суффиксов -ов, -ин или -ский, что сразу наводит на мысль: перед нами не исконно русская фамилия в привычном понимании, а, скорее всего, искусственно созданная или заимствованная.

Самый вероятный путь образования — семинарский. В духовных училищах и семинариях XVIII–XIX веков будущим священникам часто давали фамилии, переделанные с латыни или греческого, чтобы придать им благозвучие и книжный оттенок. Кинус могло возникнуть от латинского cinis (пепел, зола) или греческого κινέω (двигать, приводить в движение). В первом случае фамилия могла означать что-то вроде «пепельный» — возможно, по цвету волос или смиренному образу жизни. Во втором — «подвижник», «движущийся» (в духовном смысле). Оба варианта вписываются в семинарскую традицию, где фамилии часто были кальками с иноязычных корней.

Менее вероятна, но тоже возможна версия: фамилия образована от прозвища, связанного с диалектным словом. В некоторых говорах «кинуть» или «кинуться» могло означать «бросить», «метнуть» — прозвище Кинус могли дать человеку с резкими, порывистыми движениями. Однако такая основа не дала бы фамилии с окончанием -ус, которое в русской среде почти всегда указывает на латинское или греческое происхождение.

Ещё одна гипотеза — фамилия могла быть записана при переписи населения в западных губерниях Российской империи (например, на территории современной Беларуси или Украины), где были распространены фамилии с окончанием -ус: Янус, Матус, Кинус. В этом случае корень мог быть от личного имени Кин (сокращение от Киндиний или Константин) с добавлением латинизированного суффикса.

Географически фамилия Кинус встречается точечно, в основном в записях XIX — начала XX века. Известны носители среди духовенства и мещанства, что подтверждает семинарскую версию. Сословной привязки нет — фамилия осталась редкой и не дала массовых ветвей.

Таким образом, если вы носите фамилию Кинус, ваши предки с высокой вероятностью имели отношение к церковной среде или получили фамилию при переписи в западных губерниях. Точное значение угасло вместе с языком, на котором её давали, но ясно одно: это не случайное прозвище, а книжное, намеренно составленное имя.