Фамилия Кобраков — редкий случай, когда прозвище могло закрепиться в двух совершенно разных социальных мирах. В её основе лежит слово «кобрак» — и вот тут начинается самое интересное.

В северных и сибирских говорах «кобраком» называли не змею, а человека, который промышлял сбором кедровых шишек, или попросту шишкаря. Слово «кобра» в этих диалектах означало не ядовитую змею, а корзину, кузовок или специальную снасть для сбора кедрового ореха. Так что первый Кобраков — это, скорее всего, не экзотический персонаж, а обычный таёжник, уходивший в урман на промысел, либо мастер, плевший такие корзины. Суффикс -ов указывает на принадлежность: сын Кобрака.

Однако есть и вторая, более прозаичная версия. В некоторых южнорусских и украинских говорах «кобрак» — это вариант слова «кабак», то есть питейное заведение. Тогда прозвище Кобрак мог получить целовальник, содержатель кабака, или его завсегдатай. В этом случае фамилия оказывается в одном ряду с Кабаковым, но с характерной диалектной заменой первой гласной «а» на «о» (аканье, закреплённое на письме).

Фамилия редкая и географически размытая. Встречается она в основном в центральных областях России и на Урале, что хорошо согласуется с обеими версиями: и кедровый промысел, и кабаки были делом обычным. Однозначно определить, от какого именно корня пошла фамилия у конкретной семьи, можно только по местной истории рода — но ясно одно: предок Кобраковых не имел отношения к рептилиям, а был человеком вполне земных занятий.