Фамилия Коломайнен — яркий пример финского ономастикона, который попал в русский обиход благодаря близкому соседству и историческому взаимодействию двух народов, особенно на территории Карелии и Ленинградской области. Её ядро — прозвище, которое, скорее всего, восходит к финскому числительному kolmonen, то есть «тройка» или «третий номер». В крестьянской среде, где детей было много, такое прозвище давали третьему сыну или третьей дочери, чтобы отличать их от братьев и сестёр. Не исключено, что в основе могло лежать и слово koloma — «дыра, пробоина», но версия с «третьим» выглядит убедительнее: она вписывается в обширную группу скандинавских и финских фамилий, образованных от порядковых номеров (ср. Тойвонен, Кахконен).

Главная особенность фамилии — суффикс -лайнен (в другой записи -ляйнен). В финском языке это типичный формант со значением «подобный», «принадлежащий», «выходец из». Он мог указывать на происхождение из конкретной местности (Колома — гипотетическое название хутора или деревни) или на этническую принадлежность. Однако в паре с корнем kolmo- суффикс чаще всего выполняет роль усилителя прозвища: «тот, кто является третьим». То есть фамилия буквально означает «Третьяков» по-фински.

Интересно, что фамилия Коломайнен почти не встречается за пределами исторической территории Ингерманландии и сопредельных районов Финляндии. В метрических книгах XIX века её носители — преимущественно крестьяне-лютеране, что подтверждает её народное, а не дворянское происхождение. В русской среде фамилию могли адаптировать на слух: иногда её записывали как Коломайн, отбрасывая конечное -ен, но стандартная форма сохранила финское окончание.

Если разбирать фамилию по составу, то корень колома- (от kolmonen) плюс суффикс -лайнен дают классическую модель, по которой образованы десятки финских фамилий: Хейккиляйнен, Юлёнен, Мякинен. В отличие от русских фамилий на -ов/-ев, где суффикс указывает на принадлежность отцу, финский -лайнен фиксирует не отчество, а качество или место. Поэтому предки носителя фамилии Коломайнен — это не «сын Коломо», а «человек, которого в общине знали как третьего» или «житель хутора Колома».