Фамилия Кострицын — это классический пример «отчества второго порядка», то есть она образована от прозвища Кострица с помощью патронимического суффикса -ын. Суффикс -ын присоединялся к основам на -а/-я, указывая на принадлежность: «чей сын?» — Кострицын, то есть сын Кострицы. Это отличает её от фамилий на -ов/-ев, типичных для основ на согласный.

Само прозвище Кострица восходит к диалектному слову «костра» — так в разных регионах называли жёсткую кору растений, которая остаётся после обработки льна и конопли. Человек, получивший такое прозвище, скорее всего, занимался сдиранием лыка, трепанием льна или другой работой, связанной с растительным волокном. Это «профессиональное» именование — одна из самых частых и естественных причин возникновения прозвищ в крестьянской среде.

Вторая, менее очевидная версия связывает прозвище с рыбой: «кострой» на Волге называли один из видов осетровых. Если предок жил на Волге и промышлял рыболовством, прозвище могло закрепиться за ним по роду занятий. Эта гипотеза уязвимее: прозвища по рыбе встречаются реже, чем по ремеслу, и обычно они связаны с внешностью или повадками, а не с профессией.

Третья версия — от тульского глагола «кострить», то есть врать, хвастать, бахвалить. В этом случае прозвище давали болтуну или хвастуну. Такая мотивация возможна, но менее вероятна: глагол узко диалектный, и прозвищ от него в ономастических словарях почти нет.

Словообразовательная модель простая: основа Костриц- + суффикс -ын. Ударение в фамилии обычно падает на второй слог — Костри́цын, хотя в некоторых говорах возможно смещение. Фамилия редкая, в списках частотных русских фамилий она не встречается. Географически может быть привязана к северным и центральным губерниям, где было развито льноводство, а также к Поволжью — по второй версии.