Происхождение
Фамилия Крамсина
Фамилия Крамсина — женская форма, а мужская, Крамсин, встречается редко, что уже указывает на её нетипичную модель. В русской фамильной системе суффикс -ин обычно присоединяется к основам на -а/-я (сын Ивана — Иванов, но сын Кузьмы — Кузьмин). Здесь же основа Крамс- оканчивается на согласную, что для -ин нетипично. Это говорит о том, что в основе, скорее всего, лежало слово, звучавшее как «Крамса» или «Крамза» — прозвище или имя, которое в бытовой речи могло оканчиваться на -а. Но есть и другая версия.
Самая вероятная основа — диалектное слово «крамсать», то есть крошить, резать, строгать, делать неровные края. В северных и центральных говорах так говорили о небрежной работе или о человеке, который всё делает кое-как, «крамсает». Отсюда прозвище Крамса — человек неряшливый в работе или, наоборот, тот, кто постоянно что-то режет, стругает (например, сапожник, портной, бондарь). Прозвище могло быть ироничным или профессиональным. Фамилия Крамсин (а затем Крамсина) образовалась от этого прозвища, но с нестандартным суффиксом: не «Крамсов» (от отчества по отцу), а «Крамсин» — возможно, под влиянием других фамилий на -ин или из-за того, что прозвище воспринималось как имя на -а.
Менее вероятная, но возможная версия — связь с литовским или польским словом «krams» (кусок, обломок) или «kramas» (корм). В таком случае фамилия могла бы указывать на скупость или на занятие, связанное с кормлением скота. Но для русского бытования это менее характерно, и географически фамилия Крамсина встречается в основном в центральной России, где литовское влияние минимально.
Социальный контекст: фамилия недворянская, скорее всего, крестьянская или мещанская. Встречается в архивных записях XIX века по Тверской, Ярославской и Костромской губерниям. В написании могла путаться с фамилией Крамская (от географического названия), но Крамсина — явно прозвищного происхождения. Сравните с однокоренными: Крамсаев, Крамцов — все они восходят к тому же «крамсать». Особенность фамилии в том, что она сохранила редкую словообразовательную модель, которая не подчиняется стандартным правилам, и это делает её ценной для историков языка.