Фамилия Красутина — одна из тех, что хранят в себе сразу несколько возможных историй предка. В её основе лежит прозвище Красута, а суффикс -ин указывает на принадлежность: «сын Красуты» или «из дома Красуты». Такая модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ на -а.

Самое прямое объяснение прозвища — от слова «краса». В вятских говорах, например, Красутой называли румяного, цветущего человека. Так могли прозвать и за приятную внешность, и за весёлый нрав, и за общую стать — «красу» в старом, широком смысле слова.

Но есть и другая версия, не менее весомая. Прозвище Красута могло возникнуть от глагола «красить» или от слова «красильня» — мастерской, где окрашивали ткани и кожи. В этом случае оно переходило в разряд «профессиональных»: предок Красутиных мог быть красильщиком, ремесленником, чей труд был на виду и дал ему устойчивое прозвище. Такая версия не противоречит первой, а дополняет картину: одно и то же имя могло закрепиться за разными людьми по разным причинам.

Историк С. Б. Веселовский в своих трудах по ономастике приводит родственные примеры из XV–XVI веков: князь Василий Константинович Оболенский носил прозвище Краса, князь Андрей Васильевич Мещерский — Краска, а в новгородских землях начала XVI века жил крестьянин Краско Иван. Эти примеры показывают, что корень «крас-» был популярен в прозвищах разных сословий — от крестьян до знати, и фамилия Красутина вписана в эту же традицию. Имя Красута, от которого она пошла, могло звучать и как ласковое, и как уважительное, и как профессиональное — в зависимости от того, кто его носил.