Фамилия Крейбель — из числа тех, что почти без изменений перешли в русский обиход из немецкого языка. Её основа — немецкое слово «Krebel» или диалектное «Kräbel», которое в разных землях Германии означало одно и то же: корзину, плетёную ёмкость, кузов. Перед нами типичная фамилия-прозвище, которую в XV–XVII веках давали корзинщику, торговцу корзинами или человеку, чья работа была связана с плетением и перевозкой товаров в таких коробах.

Модель образования проста: фамилия не получила русского суффикса, а осталась в «чистом» виде, без окончания, что характерно для поздних заимствований. В отличие от фамилий вроде Крейбельман или Крейбельмейстер, где немецкий суффикс указывает на профессию, здесь слово взято напрямую. В немецкой ономастике такие фамилии относят к группе метонимических профессиональных прозвищ — когда человека называли не по званию, а по предмету его труда.

По географии бытования фамилия встречается в основном среди потомков немецких колонистов, приглашённых в Россию при Екатерине II и Александре I. Наиболее вероятные регионы — Поволжье (колонии на Волге), юг Украины и Причерноморье. В метрических книгах лютеранских приходов XIX века фамилия Крейбель фиксируется в Самарской и Саратовской губерниях, а также в Одесском округе. После депортации немцев в 1941 году носители фамилии оказались разбросаны по Сибири, Казахстану и Средней Азии.

Иной, менее вероятный вариант происхождения — от немецкого личного имени Kreb или Krabb, которое в средние века давали как уменьшительное от крестильного имени Кристоф или Креспиний. Однако в словарях немецких фамилий (например, в труде Ханса Бахлова) основа «Krebel» последовательно связывается с корзиной, а не с именем. В русском контексте эта версия почти не имеет подтверждений.

В написании фамилии возможны колебания: в дореволюционных документах встречается вариант «Кребель» (с одной буквой «й» на конце), а также «Крейбль» — с редуцированным окончанием. Но современная норма — Крейбель, с твёрдым «э» и мягким «ль». Фамилия редкая, в списках массовых русских фамилий не фигурирует, что неудивительно: она осталась в границах общины поволжских немцев и не получила широкого распространения за её пределами.