Фамилия Крубцов — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. Первое, что бросается в глаза, — основа «круб-», которая не встречается в современных русских нарицательных словах. Это сразу отсекает версию о происхождении от какого-либо распространённого ремесла или занятия вроде кузнеца или плотника. Скорее всего, перед нами прозвище, которое дали человеку по внешности, характеру или особенности речи.

Самый вероятный источник — диалектное слово «крубец» или «крубка». В некоторых южнорусских и белорусских говорах так называли кабана или боровка. Прозвище Крубец мог получить крепкий, плотный, возможно, упрямый мужчина. Фамилия Крубцов тогда образована по стандартной патронимической модели: прозвище Крубец → «чей сын?» Крубцов. Суффикс -ов указывает на принадлежность, так что предок носителя фамилии был сыном Крубца.

Менее вероятная, но допустимая версия — связь с глаголом «крубить», то есть «обрубать, отсекать». В этом случае прозвище Круб могло закрепиться за дровосеком, лесорубом или плотником, работавшим с грубой обработкой дерева. Однако эта версия слабее, потому что глагол «крубить» малоупотребителен, а от него ожидалась бы фамилия Крубов, а не Крубцов.

Интересная деталь: фамилия Крубцов встречается преимущественно в западных регионах России, а также в Беларуси. Это совпадает с ареалом употребления слова «крубец» в значении «кабан». География подсказывает, что предки носителей фамилии жили на стыке русских и белорусских земель, где диалектные формы сохранялись дольше.

В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) Крубцов не упоминается — это говорит о её локальности и относительно небольшом числе носителей. Фамилия не дворянская и не купеческая; скорее всего, она закрепилась в крестьянской среде, где прозвища давали по бытовым и хозяйственным признакам. Сегодня носителей фамилии Крубцов можно встретить в Тверской, Псковской и Смоленской областях, а также в Минской области Беларуси.