Фамилия Крыкпенов — редкая, и её разбор упирается в корень «крык-». Первое, что приходит на ум, — звукоподражательное «крык», то есть крик. Но в русском языке это слово не закрепилось как самостоятельное: мы говорим «крик», а «крык» — это диалектная или, скорее, тюркская форма. В тюркских языках (например, в казахском, башкирском, татарском) «крык» означает «сорок». Это числительное часто входило в состав личных имён или прозвищ: «Крык» могло быть сокращением от имени Крыкбай (буквально «богатый сороками», то есть имеющий много скота или детей) или Крыкпен — с аффиксом «-пен», который в тюркских языках может указывать на принадлежность или обладание. Таким образом, Крыкпен — это человек, связанный с числом сорок: либо родившийся в сороковой день, либо имеющий какое-то отношение к сорока предметам, либо просто обладатель имени, где «сорок» — пожелание долголетия и изобилия.

Русский суффикс «-ов» в конце фамилии — стандартный патронимический показатель, который присоединялся к тюркским основам при русификации. То есть Крыкпенов — это «сын Крыкпена». Модель образования типична для южноуральских и поволжских регионов, где активно смешивались русские и тюркские фамилии. Географически фамилия встречается в Башкортостане, Татарстане, Оренбургской и Челябинской областях — именно там числительное «крык» в составе имён было распространено.

Есть и другая, менее вероятная версия: от прозвища Крык — человека с хриплым или резким голосом (от диалектного «крыкать» — кричать, звать). Но в этом случае ожидалась бы форма Крыков или Крыкин, а не Крыкпенов. Сложный суффикс «-пен» явно указывает на тюркскую основу, поэтому первая версия — основная. Социально предки Крыкпеновых могли быть башкирами или татарами, перешедшими в православие и получившими фамилию по отцу. Сословно — скорее всего, государственные крестьяне или казаки, поскольку в этих краях фамилии на «-ов» с числительными часто давали оседлым инородцам при переписях.

Фамилия не имеет известных дворянских ветвей и не фиксируется в дореволюционных справочниках знати. Это редкий случай, когда числительное в основе фамилии не утратило прямого значения, а сохранилось как именной компонент.