Фамилия Ксенжепольская — явный случай, когда написание затушевало исходное звучание. На слух она воспринимается как что-то польское или западнорусское, но при ближайшем рассмотрении оказывается, что перед нами не что иное, как русифицированная (а точнее, переписанная по церковнославянским лекалам) форма от Ксенжепольский. А та, в свою очередь, происходит от названия населённого пункта Ксенжполь или Ксенже-Поле.

Разберём корень. «Ксенж» (ksiądz в польском) — это «князь», но в польской традиции слово стало обозначать «священник» (ксёндз). Однако в географических названиях, особенно старых, «ксенж» чаще всего указывает на княжеское владение, а не на приход. «Поле» — понятно без перевода. Таким образом, Ксенжеполь — это «княжье поле» или «поле князя». Фамилия, стало быть, топонимическая: её получил тот, кто владел землёй в таком месте, или, что вероятнее, тот, кто оттуда родом.

Суффикс -ский/-ская — классический для польской и западнорусской шляхты. Такая модель указывала на принадлежность к местности или роду. В Речи Посполитой фамилии на -ский носили не только дворяне, но и многие крестьяне, переселявшиеся из одного села в другое. Однако Ксенжепольский — скорее шляхетский вариант, поскольку «княжеское поле» звучит как владельческое, а не крестьянское.

Интересно написание с буквой «е» после «Кс». В польском оригинале там носовая гласная (ą), которая при переносе в русскую канцелярию часто передавалась как «ен» или «ён». Но в данном случае пошла более книжная, церковнославянская манера: «Ксенж» вместо бытового «Ксёнж». Именно такую форму могли записать в метрических книгах священники, привыкшие к славянской орфографии. Отсюда и двойное «п» (Ксенжеппольская) — частое явление при переосмыслении: пишущий считал, что корень «поль» требует усиления.

Встречается ли фамилия в России? Да, но крайне редко, в основном в западных областях (Смоленщина, Брянщина, Псковщина) и в среде потомков польской шляхты, выселенной после восстаний XIX века вглубь империи. Фамилия сохранила двойную память: о польском происхождении и о том, что её носитель когда-то имел отношение к земле, возможно, к той самой, что принадлежала князю или ксёндзу.