Фамилия Лесчишин — редкий пример того, как одно слово в разных говорах могло дать совершенно разные прозвища. В основе фамилии лежит прозвище Лесчиш, а оно, в свою очередь, восходит к глаголу «лескать». В диалектах русского языка у этого глагола было несколько значений, и каждое из них по-своему объясняет, кем мог быть первый носитель фамилии.

Самое прямое значение «лескать» — хлопать, щёлкать, издавать резкий звук, например, бичом. Отсюда прозвище мог получить человек с громким голосом или суровым, властным нравом — тот, кто «щёлкал» словно кнутом. Но в народной речи «лескать» значило и «чавкать», то есть издавать неприятные звуки во время еды. В таком случае прозвище носило бытовой, ироничный оттенок — так могли поддеть человека за неаккуратность или дурную привычку.

Особый интерес представляет вятский говор, где «лескать» означало «болтать, молоть языком, пустословить». В этом регионе Лесчишем легко могли прозвать говорливого человека, любителя пустых разговоров. Привязка к вятским говорам — одна из немногих географических зацепок, которая позволяет предположить, что фамилия могла сформироваться именно на северо-востоке европейской части России.

Словообразовательная модель типична для русских фамилий: к основе прозвища Лесчиш добавился патронимический суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Лесчиша). Это одна из самых распространённых моделей в центральной и северной Руси. Суффикс -ин, в отличие от -ов, обычно присоединялся к основам, оканчивающимся на мягкий согласный или шипящий, что и произошло в данном случае.

О точном времени возникновения фамилии судить сложно — процесс закрепления прозвищ в качестве наследственных имён шёл несколько столетий и завершился в основном к XVII–XVIII векам. Однако по своей структуре и семантике фамилия Лесчишин — яркий образец народной ономастики, где за одним корнем скрывается целый веер возможных характеров и занятий предка.