Фамилия Личинкин — довольно редкий пример, когда в основе лежит слово с конкретным и не самым приятным значением. Вопреки возможному интуитивному желанию связать её с «личиной» (маской) или «личностью», корень здесь другой. Фамилию образовали от прозвища Личинка, а его, в свою очередь, — от слова «личинка». В старых говорах так называли не только насекомое на стадии развития, но и червячка, гусеницу, а иногда и вообще мелкое, невзрачное существо. Прозвище давали либо человеку маленького роста и худощавого телосложения, либо, что вероятнее, — тому, кто занимался чем-то кропотливым, «червивым» делом, например, рыболовством (насаживал наживку) или кожевенным ремеслом (работа с сырьём, где заводились личинки).

Суффикс «-ин» указывает на модель образования от прозвища или имени, оканчивающегося на -а/-я. Личинкин — буквально «сын Личинки» или «человек из семьи Личинкиных». В документах встречается и вариант Личинкин с двойным «н», но он мог возникнуть под влиянием фамилий на «-инн» (типа Марьин, Ильин), что для данной основы нехарактерно.

Интересно, что фамилия Личинкин практически не встречается в центральных областях России. Основной ареал её бытования — Поволжье, особенно Нижегородская и Самарская области, а также Урал. Это подсказывает, что прозвище Личинка могло быть диалектным и не вышло за пределы определённого региона. В ономастических словарях фамилия не описана подробно, но по модели образования она абсолютно прозрачна и не требует сложных этимологических реконструкций.

В отличие от фамилий, образованных от церковных имён (Иванов, Петров), Личинкин — чисто прозвищная, бытовая. Предок носителя этой фамилии, скорее всего, не был ни боярином, ни священником, а носил уличное прозвище, которое закрепилось за его потомками. Никакой негативной окраски в самой фамилии нет — прозвища давали по внешности, поведению или роду занятий, и со временем они потеряли связь с исходным значением.