Фамилия Лимахина — женская форма фамилии Лимахин, которая образована по одной из самых распространённых в русском языке моделей: с помощью суффикса -ин. Этот суффикс указывает на принадлежность по отцу: Лимахин — «сын Лимахи». В центре внимания — прозвище или нецерковное имя Лимаха, от которого и пошла фамилия.

Основа фамилии — Лимаха — звучит необычно и заставляет задуматься о её происхождении. Здесь есть два основных пути. Первый и самый вероятный: Лимаха — это вариант имени Филарет, Филат или, возможно, Филимон, где начальное «фи» в просторечии упростилось до «ли» (ср. с простонародными формами Липат, Лимоха от Филипп). В таком случае Лимаха — это обиходная, «домашняя» форма крестильного имени, а фамилия означает «потомок Филарета» или «потомок Филимона». Это типичная картина для русских фамилий, образованных от канонических имён, прошедших через народную переработку.

Вторая, менее распространённая версия, связывает Лимаху с диалектным словом «лимах» или «лима». В некоторых говорах «лима» могло означать «плавень», «илистое дно», «залив» (сравните с украинским «лиман» — залив). Прозвище Лимаха в этом случае могли дать человеку, жившему у воды, на болотистой местности, или же рыбаку. Однако эта версия слабее: корень «лиман» в русских фамилиях встречается редко и чаще в южных регионах, а форма «Лимаха» для такого значения нехарактерна.

Географически фамилия Лимахин (и её женская форма) встречается нечасто, что говорит о её относительно локальном происхождении. Основной ареал — центральные и южнорусские области, где были сильны традиции просторечного переиначивания имён. В дореволюционных записях Лимахины — это, скорее всего, крестьяне или посадские люди, а не дворяне: фамилии на -ин от прозвищных форм имён — признак непривилегированного сословия.

Таким образом, если вы носите фамилию Лимахина, ваши предки по мужской линии, вероятнее всего, носили имя или прозвище Лимаха, восходящее к церковному имени Филарет или Филимон. Фамилия закрепилась в крестьянской среде, и её редкость сегодня — не недостаток, а скорее свидетельство того, что род сохранил свою особенную, нестёртую временем ветвь.