Фамилия Лиманковская — один из тех случаев, когда географическая привязка почти наверняка перевешивает личное прозвище. Перед нами типичная «топонимическая» фамилия, образованная от названия населённого пункта с помощью суффикса -ск-, который указывает на принадлежность или происхождение. Основа здесь — Лиманк(и) или Лиманк(о), а финальное -ая — это окончание женского рода, характерное для фамилий-прилагательных (ср. Орловская, Смоленская). В мужском варианте фамилия звучала бы как Лиманковский.

Корень «Лиман» отсылает к тюркскому слову «лиман» — так называли широкое устье реки, залив или озеро, часто солёное, образовавшееся при впадении реки в море. Термин прочно закрепился в топонимике юга России и Украины: достаточно вспомнить Днепровский лиман, Куяльницкий лиман или множество сёл с названием Лиман, Лиманка, Лиманское. Поэтому логично предположить, что предок носителя фамилии был выходцем из какого-то поселения вроде Лиманки (такие есть, например, в Одесской и Херсонской областях) или хутора Лиманков. Суффикс -к- в основе (Лиманк-) мог указывать на уменьшительную или производную форму топонима: не просто Лиман, а малый Лиман, Лиманок.

Иная версия, менее вероятная, но тоже имеющая право на существование, — прозвище Лиманко. Если человек жил у лимана или занимался ловлей рыбы в таких водоёмах, его могли прозвать Лиманом, а потом, по украинской модели, добавить уменьшительный суффикс -к(о), получив Лиманко. Тогда Лиманковский — это потомок того самого Лиманка. Однако в пользу топонимического происхождения говорит сам суффикс -ск-: фамилии на -ский в массе своей возникали именно от названий мест, а не от личных прозвищ.

С точки зрения социального контекста, фамилии на -ский в XIX веке часто встречались у польской шляхты, духовенства и украинской казацкой старшины, но в случае с Лиманковскими, скорее всего, речь идёт о крестьянском или мещанском сословии, получившем фамилию по месту жительства при переписях. География фамилии сегодня размыта, но её ядро, вероятно, связано с южными регионами — бывшей Екатеринославской, Херсонской губерниями или Кубанью, куда активно переселялись малороссы. Встречается она нечасто, что делает её локально ценной: каждый носитель — живое свидетельство о конкретном хуторе или станице, название которых могло уже исчезнуть с карт.