Фамилия Лобзаева — одна из тех, где на первый взгляд угадывается глагол, но этимология оказывается сложнее, чем кажется. Корень «лобз-» сразу вызывает ассоциацию с устаревшим словом «лобзать» — целовать. Однако в русской ономастике прямое прозвище «Лобзай» (то есть «целовальник») встречается редко и обычно имеет ироничный или профессиональный оттенок. В XVI–XVII веках «лобзать» могло означать не только поцелуй, но и ритуальное приветствие или клятву, так что прозвище мог получить человек, склонный к торжественным обещаниям или, наоборот, льстец.

Но есть и другая, более бытовая версия. В северных и сибирских говорах «лобзать» означало «хлебать, жадно пить» или «есть с чавканьем». Отсюда прозвище Лобза — тот, кто ест неаккуратно или торопливо. Такая основа характерна для прозвищ по поведению, которые легко закреплялись за крестьянами и ремесленниками. Суффикс «-ева» указывает на принадлежность: Лобзаев — сын или потомок Лобзая. Форма с «-ева» (а не «-ова») типична для фамилий, образованных от основ на мягкий согласный или шипящий.

Фамилия редкая, сконцентрирована преимущественно в Поволжье и на Урале, что подтверждает её диалектное происхождение. Встречается также вариант Лобзов, но Лобзаева — более архаичная форма, сохранившая мягкость корня. В дореволюционных переписях носители фамилии числились в основном государственными крестьянами и мещанами. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что говорит о её простонародном истоке.

Словообразовательная модель проста: прозвище Лобзай (или Лобзя) → притяжательное прилагательное Лобзаев → фамилия. Если опираться на говоры, то наиболее вероятное значение — «сын того, кто лобзает (хлебает)», то есть прозвище по манере еды. Версия с «целовать» менее правдоподобна, так как в русской антропонимии прямые «целовальные» прозвища почти не закрепились в качестве фамилий — они обычно трансформировались в более нейтральные формы.