Фамилия Лозгачевы (и её вариант Лозгачёвы) — один из тех случаев, когда за привычным окончанием скрывается прозвище, уходящее корнями в диалекты сразу нескольких областей. В основе фамилии лежит прозвище Лозгач, а оно, в свою очередь, восходит к глаголу «лозгать». Смысл этого глагола менялся в зависимости от местности: в псковских говорах «лозгать» означало «болтать вздор», а в тверских — «ударять». Первая версия сразу отсекает часть возможных значений: если прозвище дали говорливому человеку, то Лозгачем могли назвать болтуна или пустомелю. Если же исходить из тверского значения, то прозвище мог получить либо драчун и буян, либо, наоборот, человек, который «отбивал» шелуху от семечек — то есть любитель их грызть. Есть и третья, менее очевидная трактовка: рассудительный человек, который «отбрасывает всё лишнее, как шелуху», что уже ближе к метафоре.

Однако есть и другая версия, которая связывает фамилию не с действием, а с местом. В калужских говорах существовало нарицательное «лозг» — так называли низменность с ручьями и рвами. В этом случае Лозгач — человек, живший в такой низине, и фамилия получилась топонимической, то есть указывающей на местность, а не на характер или привычку. Эта версия выглядит правдоподобнее, чем попытка притянуть за уши «рассудительного человека», потому что привязка к конкретному ландшафтному термину — более надёжный след в ономастике.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ач (как в Бородач, Ткач) образует имя деятеля или носителя признака, а затем стандартный русский суффикс -ев/-ёв добавляет значение принадлежности: «чей?» — Лозгачев, то есть сын или потомок Лозгача. Форма с буквой «ё» (Лозгачёв) — более старая, она точнее передаёт ударение и произношение, но в документах XX века чаще закрепился вариант через «е», так как написание «ё» было факультативным.

Точное время возникновения фамилии назвать сложно: прозвищные фамилии на -ачев активно формировались в XV–XVII веках, но процесс растянулся на столетия. Фамилия Лозгачевы не относится к числу аристократических, её носители, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми из северо-западных или центральных губерний России — именно там зафиксированы диалектные слова, лёгшие в её основу.