Фамилия Лозгачев (и её вариант Лозгачёв) строится по стандартной русской модели: прозвище Лозгач плюс притяжательный суффикс -ев, указывающий на принадлежность («сын Лозгача»). Интерес здесь не в суффиксе, а в основе — она редкая и диалектная, что сразу сужает круг поисков предков.

Корень — глагол «лозгать», который в разных областях значил прямо противоположные вещи. В псковских говорах «лозгать» — болтать вздор, пустословить. В тверских — ударять, хлестать. Прозвище Лозгач, таким образом, могло достаться либо болтуну и пустомеле, либо, наоборот, буяну и драчуну. Встречается и бытовое, более безобидное толкование: «лозгать» — грызть семечки, лузгать. Тогда прозвище закрепилось бы за любителем этого занятия.

Есть и вторая версия, географическая. В калужских говорах слово «лозг» означало низменность с ручьями и оврагами. Человек, живший в такой местности, мог получить прозвище Лозгач — уже не по характеру, а по месту жительства. Эта версия менее распространена, но имеет право на существование: фамилии от названий урочищ и рельефа встречаются часто.

Какую бы из версий ни принять, ясно одно: фамилия редкая, корневая, не от крестильного имени, а от прозвища. Её носителям стоит искать корни на северо-западе (Псковщина) или в центре России (Тверская, Калужская области). Потомок Лозгача — человека, которого в деревне знали по характерной черте: языку, кулакам, привычке щёлкать семечки или по овражистому огороду.