Фамилия Лозун — одна из тех, что ставит исследователя перед выбором: связана ли она с привычным всем словом «лозунг» или уходит корнями в диалектную лексику. Разберёмся по порядку.

Самый очевидный путь — от нарицательного «лозунг» (призыв, девиз). Но здесь есть тонкость: в русском языке слово «лозунг» закрепилось довольно поздно, в XVIII–XIX веках, и в крестьянской среде, где формировалось большинство фамилий, было маловероятным прозвищем. Куда реальнее, что основа — не «лозунг», а диалектное «лозун» или «лозу́н». В южных и западных говорах (украинских, белорусских, польских) «лоза» — это ива, прут, а «лозун» — либо человек, который работает с лозой (плетёт корзины, изгороди), либо тот, кто живёт в зарослях ивняка. Фамилия тогда образована по типичной модели: прозвище по занятию или месту жительства + нулевой суффикс. То есть Лозун — это «лозовый мастер» или «обитатель лозняка».

Вторая версия, менее распространённая, но имеющая право на существование: отчество от нецерковного имени Лозун. В старой Руси имя Лозун (от той же «лозы») могли дать ребёнку как оберег, связывая с гибкостью и живучестью ивы. Такие «растительные» имена были не редкостью.

Географически фамилия тяготеет к юго-западу России и Украине. Встречается она и у поляков (Łozun), что подтверждает западное происхождение основы. Формально фамилия стоит вне типичных суффиксов -ов/-ев и -ин, что указывает на её более позднее закрепление или на то, что она пришла из языков, где отчества образовывались иначе (например, в украинском или белорусском).

Что касается ударения — в современном бытовании чаще слышится Ло́зун, но по правилам южнорусских говоров логично ударение на последний слог: Лозу́н. Единого стандарта нет.

Таким образом, носитель фамилии Лозун, скорее всего, потомок ремесленника-лозоплётчика или человека, жившего у ивовых зарослей. Версия с «лозунгом» как политическим призывом — красивая, но исторически неправдоподобная.