Фамилия Лужбина — один из тех редких случаев, когда фамилия отсылает не к личному прозвищу или профессии, а к конкретному географическому объекту, имя которого имеет неясную и, возможно, очень древнюю этимологию.

В основе фамилии лежит название реки Лужба (приток Томи в Кемеровской области) или одноимённого посёлка, который на ней стоит. Человек, живший на Лужбе или приехавший оттуда, получал прозвище Лужба, а его потомки — фамилию Лужбина. Модель образования здесь типичная: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — сын Лужбы), а финальное -а — это русское окончание, адаптировавшее топоним под фамильную форму.

Этимология самого гидронима Лужба достоверно не установлена, но лингвисты предлагают версию, уходящую в южносамодийские языки. Слово могло сложиться из основ «лоозы» («чёрт», «нечистый») и «бу» («река»). Если это так, то Лужба буквально переводится как «чёртова река» — название, которое могли дать опасному, бурному или тёмному водному потоку. Впрочем, это лишь гипотеза: «луж» может быть и более поздним славянским переосмыслением (по созвучию с «лужа», «луг»), но первая версия выглядит убедительнее, учитывая древнюю топонимику Сибири.

Географическая привязка фамилии узкая: основная масса носителей Лужбиных происходит из районов, прилегающих к бассейну Томи. В отличие от распространённых «речных» фамилий вроде Волгина или Донского, Лужбина сохранила связь с малым, локальным объектом, что делает её ценным маркером для генеалогического поиска. Если ваши предки — Лужбины, ищите их корни не в среднерусской полосе, а в Сибири, скорее всего среди крестьян-старожилов или охотников, осваивавших верховья Томи.

Сословная принадлежность фамилии не закреплена: Лужбины встречались и среди государственных крестьян, и среди казаков. Прозвище или фамилия не давали социальных привилегий, а просто указывали на малую родину — речку, которая, если верить самодийской гипотезе, могла носить имя весьма недружелюбное.