Фамилия Луженский — типичный пример того, как топоним становится родовым именем. Её основа — «лужа» — на первый взгляд кажется бытовой и неблагозвучной, но за ней стоит не прозвище, а географическая привязка.

Модель образования проста: суффикс «-ск-» указывает на связь с местом. В славянской ономастике фамилии на «-ский» чаще всего получали дворяне по названию своих владений или выходцы из сёл и городов. Луженский — это «тот, кто родом из Луженок» или «из Лужного». Такой топоним встречается нередко: в России и на Украине есть несколько деревень с названиями Луженки, Лужное, Лужна. Все они образованы от слова «лужа» в значении «низина, болотистое место, заливной луг». Предок носителя фамилии, скорее всего, жил в такой местности или владел землёй при одноимённом селе.

В польской и западнорусской традиции фамилии на «-ский» нередко получали шляхтичи. Однако Луженский мог быть и крестьянином, которого записали по месту жительства при переписи. Суффикс «-ен-» в основе (Луженский, а не Лужский) — характерная деталь: он превращает название поселения в прилагательное, указывая на конкретную деревню Луженки. Это отличает фамилию от, скажем, Лужского, который мог быть образован от города Луга.

Спорных версий здесь немного. Соблазнительно связать фамилию с глаголом «лудить» (покрывать оловом) или словом «лужёный» — но это омонимия. Фонетически и словообразовательно фамилия тянется именно к «луже»: суффикс «-ск-» не типичен для ремесленных прозвищ. Если бы предок был лудщиком, его назвали бы Луженинов или Лужников, но не Луженский.

Таким образом, Луженские — это потомки тех, кто жил в низком, сыром месте, в округе с характерным названием. Фамилия не редкая, но и не массовая: она сохранила в себе память о конкретном ландшафте и топониме, который мог исчезнуть с карты, но остался в родовом имени.