Фамилия Люстгартен — редкий для России случай немецкой фамилии, сохранившейся без русификации. Она образована от двух немецких корней: Lust (радость, удовольствие, охота) и Garten (сад). Буквальное значение — «сад радости» или «увеселительный сад». В немецкой ономастике такие составные фамилии часто давали не по месту жительства, а по роду занятия или владению: предок мог быть садовником при парке развлечений, владельцем гостиницы с садом или просто человеком, жившим рядом с известным «Люстгартеном» — так в Германии называли парки и лужайки для народных гуляний.

Фамилия не славянская, поэтому суффиксы -ов/-ев, -ин в ней отсутствуют. Типичная немецкая модель: основа Lustgarten, где второй компонент — Garten — указывает на связь с землёй и садоводством. В России такие фамилии встречались у потомков немецких колонистов, приглашённых Екатериной II в XVIII веке. Основные районы расселения — Поволжье (Саратовская, Самарская губернии) и южные губернии, где существовали немецкие колонии. Встречаются варианты написания: Люстгартен (с твёрдым «т») и, реже, Люстгарден (с озвончением), но исходная форма сохранилась лучше, чем у многих немецких фамилий, которые переделывали на русский лад.

Словообразовательная модель прозрачна: это не прозвище, не патроним, а именно топонимическая или профессиональная фамилия. В Германии она могла указывать на конкретный географический объект — например, в Берлине существует исторический район Люстгартен (Lustgarten) перед Старым музеем, но вряд ли предки российских носителей были оттуда. Скорее, фамилия возникла как «говорящая» — для обозначения места, приносящего радость, или человека, который за таким садом ухаживал. В словарях немецких фамилий (например, у Макса Готтшальда) Lustgarten фиксируется как редкая, но устойчивая, с тем же значением.

В России фамилия осталась малочисленной и не смешалась с другими. Её носители — почти поголовно потомки тех самых колонистов, и по фамилии можно довольно точно определить этническое происхождение предка: немец-лютеранин, занимавшийся садоводством или содержавший увеселительное заведение. Никакой славянской адаптации корней не произошло — это один из тех случаев, когда фамилия «не переводится», а просто транслитерируется, и это само по себе говорит об истории семьи.