Фамилия Мачкасов образована от прозвища Мачкас, и в этом её загадка: у корня как минимум две разные жизни. Первая версия ведёт к волжским говорам, где глагол «мачковать» означал «выбирать рыболовную снасть из воды, осматривать залов». Если так, то прозвище Мачкас — из числа «профессиональных» именований: оно прямо указывало на род занятий, и основатель фамилии мог быть рыбаком, который осматривал сети и проверял улов.

Вторая гипотеза уводит в другую сторону — к украинскому прилагательному «мачкатий», то есть «мелкий». Тогда Мачкасом прозвали невысокого, миниатюрного человека. Обе версии правдоподобны, но первая выглядит убедительнее: она опирается на живой глагол с конкретным промысловым значением, а не на переносное качество. Хотя и прозвища по внешности встречались не реже, так что совсем сбрасывать её со счетов не стоит.

Суффикс -ас в прозвище — характерная черта народной словообразовательной модели, которая придавала имени фамильярный, обиходный оттенок. Такие формы часто закреплялись за человеком как основное именование в кругу семьи и соседей, а затем, с появлением обязательных фамилий, превращались в родовое имя. Так потомок человека по прозвищу Мачкас и получил фамилию Мачкасов — через стандартный патронимический суффикс -ов, отвечающий на вопрос «чей?».

Интересно, что фамилия эта редкая и локальная. Она не встречается в крупных исторических словарях русских фамилий — ни у Унбегауна, ни у Никонова, ни у Веселовского. Это говорит о том, что она возникла в узкой среде, скорее всего, в одном из поволжских регионов, и не получила широкого распространения. Поэтому у неё нет громких известных носителей, но есть живая связь с местным говором и промыслом, который давно исчез или изменился до неузнаваемости.

Если копать глубже, можно заметить редкую особенность: основа Мачкас не имеет очевидных однокоренных фамилий-«родственников» вроде Мачкасов, Мачкасовский или Мачкасев. Это делает её изолированной в ономастическом плане. Возможно, прозвище было настолько местным, что за пределами одного села или волости его просто не знали. И именно эта локальность — главная ценность фамилии: она хранит след конкретного говора и конкретного занятия, которое для постороннего уха звучит архаично.