Фамилия Максановы (в мужском варианте Максанов) — один из тех родовых имен, которые несут в себе следы финно-угорской культуры, а именно эрзянского или марийского влияния. В основе фамилии лежит личное именование Максан, и здесь у исследователей есть две основные версии, и обе заслуживают внимания.

Первая и самая интересная версия ведет нас к эрзянскому слову «максан», которое означает «давать, приносить, вручать». Отсюда имя Максан могли дать ребенку как оберег со значением «подаренный». У многих финно-угорских народов (и не только у них) существовал обычай называть детей именами-пожеланиями или именами-оберегами: считалось, что имя «Подаренный» обманет злых духов, которые не станут покушаться на того, кто и так кому-то отдан. Эта версия выглядит правдоподобной и объясняет, почему имя могло быть популярным в среде эрзи и марийцев.

Вторая, более прозаичная версия, связывает имя Максан с полным церковным именем Максим, которое восходит к латинскому maximus — «величайший». Максан мог быть просто обиходной, сокращенной формой этого имени, подобно тому как Максим в быту превращался в Макса. Тогда фамилия Максанов — это типичный «отчество»: сын Максана, то есть Максима. Эта версия проще, но она не объясняет, почему именно форма «Максан» закрепилась в финно-угорских регионах, а не, скажем, в центральной России.

Фамилия Максановы встречается в исторических документах: в начале XX века в деревне Алешкино Горномарийского района Марийской АССР родился Алексей Максанович Максанов (1919 года рождения). Такая запись (с отчеством, образованным от той же основы) — редкая и ценная деталь, она показывает, что имя Максан бытовало как самостоятельное, полное имя, а не только как основа для фамилии.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?» — Максанов). Фамилия закрепилась в среде марийцев и эрзи, где имя Максан имело хождение. Окончательно утверждать, какая из версий верна — «подаренный» или «величайший», — можно только после глубоких генеалогических изысканий в конкретной семье. Но сам факт, что фамилия сохранила древнее финно-угорское слово или адаптировала христианское имя на свой лад, делает ее интересным памятником языкового и культурного пограничья.