Фамилия Мамычев образована по одной из самых распространённых в русской ономастике моделей: от личного имени или прозвища с помощью суффикса -ев (фонетический вариант -ов после мягких и шипящих основ). В основе лежит прозвище или неканоническое имя Мамыч. Чтобы понять его значение, нужно заглянуть в тюркские языки, с которыми русские контактировали веками.

Самая вероятная версия связывает слово «мамыч» с тюркским «мамай» — «пугало», «страшилище», «нечто пугающее». В диалектах южнорусских областей (особенно в казачьей среде) так могли прозвать человека за грозный вид, суровый нрав или, наоборот, с иронией — за нелепую внешность. В таком случае фамилия относится к группе «обережных» прозвищ: считалось, что страшное имя отпугивает злых духов и болезни. Второй, более редкий вариант — происхождение от тюркского «мамык» (хлопок, вата) или «мамыкчы» (торговец ватой). Тогда прозвище Мамыч мог получить ремесленник, работавший с набивными материалами, или торговец тканями.

Интересно, что фамилия Мамычев практически не встречается за пределами России и имеет чёткую географическую привязку. Основной ареал — Поволжье и Урал, особенно Татарстан, Башкортостан и Оренбургская область. Это неудивительно: именно в этих регионах веками жили бок о бок русские и тюркские народы, заимствуя друг у друга имена и прозвища. Встречаются Мамычевы и в казачьих областях (Ростовская, Волгоградская), что подтверждает версию о южнорусских диалектных корнях.

Суффикс -ев указывает на то, что фамилия закрепилась в форме притяжательного прилагательного: «чей сын?» — Мамычев, то есть сын Мамыча. Это типичная модель для русских фамилий, возникших в XV–XVII веках, когда прозвище отца переходило к детям без изменений. В отличие от фамилий на -ин (от основ на -а/-я), здесь сработал суффикс -ев, потому что основа «Мамыч» заканчивается на шипящий.

Сравните с родственными фамилиями: Мамаев (от имени Мамай), Мамыкин (от «мамыка» — мать, кормилица), Мамышев (от тюркского «мамыш» — детёныш). Мамычев стоит особняком — его корень реже встречается в русских фамилиях, и это делает его ценным маркером для тех, кто ищет свои корни в зоне тюркско-славянского пограничья. Никакой информации о дворянском происхождении или принадлежности к известным родам у этой фамилии нет — она изначально была крестьянской или казачьей, что подтверждает её прозвищная природа.