Фамилия Манышкин — один из тех случаев, где тюркское и русское смешались настолько плотно, что разделить их можно только пристальным разбором. В основе фамилии лежит прозвище Манышка, а оно, скорее всего, восходит к тюркскому слову «маныш» — «быстрый», «торопливый». Человек с таким прозвищем, вероятно, отличался резвостью, суетливостью или, наоборот, был скор на решения и поступки. Тюркские корни в русских фамилиях — явление нередкое: на протяжении веков контакты с татарами, башкирами и другими народами оставили заметный след в ономастиконе.

Но есть и вторая версия, топонимическая. Деревня Маныш существует в Пермском крае, а село Маныш — в Туркмении. В этом случае прозвище Манышка мог получить человек, приехавший из такого места, либо фамилия закрепилась за целой семьей выходцев оттуда. Какая из версий правдоподобнее? Скорее всего, первая: прозвища по личным качествам давали чаще, чем по названиям мелких деревень. Но исключать географическую привязку тоже нельзя, особенно если вспомнить, что фамилия бытует в Поволжье и на Урале — регионах, где тюркские топонимы встречаются на каждом шагу.

Формант «-ин» указывает на принадлежность: Манышкин — буквально «сын Манышки» или «человек из рода Манышкиных». Такая модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ и имен на -а, -я. Суффикс «-к-» в основе — уменьшительный, то есть Манышка — это не полное прозвище, а его ласкательная или обиходная форма. Полное прозвище могло звучать как Маныш, а Манышка — уже в бытовом общении, среди своих.

Интересно, что фамилия Манышкин не слишком частотна, но встречается в документах XVIII–XIX веков в среде крестьян и мещан центральных губерний России. В ревизских сказках и метрических книгах её носители фиксировались в основном в Пензенской и Симбирской губерниях. Это косвенно подтверждает связь с тюркским прозвищем: именно в этих местах издавна жили служилые татары и мордва, и фамилии с тюркской основой там не редкость.

Фамилия Манышкин — не памятник восточной письменности, а живое свидетельство того, как русский язык перерабатывал иноязычные элементы, создавая из них привычные русские фамилии. Никакой искусственной «древности» тут не требуется: перед нами обычная история прозвища, которое со временем стало родовым именем.