Фамилия Маршанцева — редкий пример, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано с географией, а не с профессией или характером. Корень здесь — «маршан» или «маршант», что в русских говорах XVIII–XIX веков означало купца, торгующего с заграницей, либо просто заезжего торговца. Слово пришло из французского «marchand» (купец) через польское посредничество, и на русской почве получило пренебрежительный оттенок: маршантом дразнили не просто торговца, а хвастуна, щеголя, который «по-иностранному» важничает.

Суффикс «-цев» указывает на принадлежность по отцу: Маршанцев — сын Маршанца. Женская форма Маршанцева — это либо дочь, либо жена такого человека. Обратите внимание: окончание не на «-ов» или «-ин», а на «-цев», что характерно для фамилий, образованных от прозвищ на «-ец» (ср. Кузнецов, Гончаров — там основа на согласный, а здесь на -ец). Это говорит о том, что прозвище Маршанец было не случайным, а устоявшимся.

Географически фамилия тяготеет к югу России и Поволжью, где в XIX веке активно шла торговля с причерноморскими портами. В архивах встречаются записи о мещанах и крестьянах с фамилией Маршанцев в Саратовской, Тамбовской и Воронежской губерниях. Вряд ли предки были богатыми купцами — скорее, прозвище дали за манеру одеваться или говорить «по-городскому», что в деревенской среде выглядело смешно и вызывающе. В этом смысле фамилия Маршанцева — социальный ярлык, который закрепился за семьёй.

Есть и альтернативная, но слабая версия: от имени Маршан (уменьшительное от Марк или Мартын). Однако суффикс «-ец» в русской антропонимии редко присоединяется к каноническим именам — проще было бы получить Марков или Мартынов. Поэтому версия с прозвищем-характеристикой выглядит убедительнее. Носительница фамилии может быть уверена: её предки жили в среде, где «заграничное» вызывало любопытство и насмешку, а сама фамилия — редкий свидетель языковой игры позапрошлого века.