Фамилия Машненков — редкий пример того, как украинская по своей модели фамилия прижилась на русской почве и обросла дополнительным суффиксом. Если разобрать её на части, то основа — прозвище Машень, к которому добавили типичный для украинских и белорусских земель суффикс -енко (указывающий на «сына» или потомка), а уже в России, куда род мог перебраться, конструкцию «русифицировали» привычным окончанием -ов. Так Машненко превратился в Машненкова.

Что означало само прозвище Машень — вопрос открытый, и тут сталкиваются несколько версий разной степени убедительности. Самая экзотическая отсылает к еврейскому слову «машень» — «ощупывать». Если следовать этой логике, так могли назвать незрячего человека, который передвигался на ощупь. Версия любопытная, но лингвистически шаткая: слишком уж далека она от славянской народной традиции имянаречения. Куда органичнее выглядит связь с диалектным глаголом «машновать», то есть «молиться Богу». В этом случае Машнем называли человека набожного, возможно, усердного в молитве — такое прозвище вполне могло закрепиться за крестьянином или сельским жителем, известным своим благочестием.

Есть и третья версия, более приземлённая. Она выводит прозвище из нарицательного «мошна» — так в старину называли мешочек для денег, кошель. Тогда Машень — это человек при деньгах, богач. Правда, фонетически переход от «мошны» к «машне» требует допущений, но в живой речи, где гласные в безударной позиции редуцируются, такое вполне могло случиться. Наименее правдоподобной выглядит гипотеза о связи с краткой формой имени Мария — Маша, Машеня. Женское имя в основе мужского прозвища — случай редкий, хотя и не невозможный, но в данном случае он скорее дань популярному объяснению, чем реальной практике.

Если говорить о географии, то характерный суффикс -енко указывает на юго-западные земли — Украину или Белоруссию. Там фамилия Машненко могла существовать сама по себе, без дополнительного русского окончания. Переселение в Россию и последующая адаптация фамилии — процесс типичный для XVII–XIX веков, когда крестьянские семьи двигались на восток и север в поисках земли. Однако точное время и место возникновения фамилии установить сложно: фамилии в этой среде закреплялись медленно и неравномерно, часто лишь к концу XIX века.

Сегодня носители фамилии Машненковы встречаются в России, но массовой или широко известной её не назвать. Это скорее семейная история, уходящая корнями в прозвище, которое могло отражать либо характер человека, либо его достаток, либо привычку. Что из этого верно — уже не узнать, но сам набор версий даёт представление о том, как причудливо народная этимология переплетается с реальными словообразовательными моделями.