Фамилия Местанова — редкий случай, когда географическая основа почти наверняка перевешивает личную. Вопреки интуиции, её корень — не тюркское слово «место» (в русском языке оно заимствовано из польского через церковнославянский), а осетинский топоним. Фамилия образована от названия села Мæстинæ (Местина) в Дигорском ущелье Северной Осетии. Суффикс -ов/-ев в осетинских фамилиях выполняет ту же функцию, что и в русских: указывает на принадлежность. Первый носитель, Местанов, буквально означал «человек из Местины», а его потомки закрепили форму женского рода Местанова.

Модель образования здесь необычна для русского уха. В осетинском языке фамилии на -тæ (множественное число) при русификации часто получали окончание -ов. Так Местанов — это не «сын Местана» (такого имени нет), а «из рода тех, кто из Местины». В дореволюционных метриках фамилия могла писаться через «и»: Мистанова, что выдаёт диалектное произношение гласного в осетинском оригинале.

Социальный контекст тоже говорит сам за себя. Дигорское ущелье — исторически аграрный и скотоводческий район. Предки Местановых с высокой вероятностью были горцами-осетинами, возможно, свободными общинниками или узденями (мелкопоместным дворянством), но не крепостными. В отличие от русских крестьянских фамилий, которые часто давались по отцу или ремеслу, осетинские фамилии-топонимы жёстко привязывали род к конкретному месту, и эта связь сохранялась веками.

Фамилия почти не встречается за пределами Северной Осетии и соседних регионов Кавказа. Если вы встретили Местанову в Центральной России, скорее всего, это результат миграции XX века. Спорных версий здесь немного: попытки вывести фамилию от арабского «мустафа» (избранный) или тюркского «местан» (опьяневший) лингвистически слабы и не подтверждаются географией бытования фамилии. Осетинский топоним — единственное объяснение, которое не требует натяжек.