Фамилия Мискаров — один из тех родовых имен, которые при ближайшем рассмотрении оказываются интереснее, чем кажется на первый взгляд. В ее основе лежит прозвище Мискар, и здесь мы сталкиваемся с редким случаем, когда славянская фамилия, возможно, обязана своим появлением греческому слову. На диалекте азовских греков «мискар» означает «теленок». Если эта версия верна, то прозвище могло закрепиться за скотоводом, человеком, чья жизнь была тесно связана с разведением крупного рогатого скота. В таком случае Мискаровы — потомки тех, кто занимался вполне конкретным ремеслом, и фамилия указывает на род деятельности предка.

Впрочем, есть и другое объяснение. Прозвища, образованные от названий животных, часто давали не по профессии, а по внешнему сходству. Крепкого, плотного человека, напоминавшего статью молодого бычка, в шутку или с уважением могли окликнуть Мискаром. И тогда фамилия отражает не занятие, а телосложение основателя рода. Обе версии имеют право на существование, но первая выглядит убедительнее: слишком уж конкретно диалектное слово, и связка «грек-скотовод» исторически объяснима для причерноморских территорий.

Сама модель образования фамилии проста и привычна для славянского мира: прозвище Мискар плюс патронимический суффикс -ов дает ответ на вопрос «чей ты будешь?» — Мискаров, то есть сын, внук или потомок Мискара. Такая схема была одной из самых распространенных в России и на Украине, поэтому фамилия органично вписалась в общерусский ономастикон, сохранив при этом редкую основу.

Стоит оговориться: фамилия действительно нечастая, и в дореволюционных справочниках она не значится среди широко известных дворянских родов. Скорее всего, это крестьянское или казачье прозвище, которое бытовало локально, возможно, в южных губерниях, где греческое влияние ощущалось сильнее. Точную географию и время возникновения фамилии без генеалогических изысканий не установить: процесс формирования прозвищ шел везде по-разному, и одна и та же основа могла появиться независимо в разных местах.

Итог такой: фамилия Мискаров — это памятник не столько славянской, сколько культурной границе, где славянский мир встретился с греческим. Она могла родиться и в среде азовских греков, обрусевших и перенявших русскую модель фамилии, и среди славян, перенявших чужое слово. В любом случае, за ней стоит живой человек — скотовод или просто плотный, основательный мужик, чье прозвище пережило столетия.