Фамилия Митрошины — яркий пример того, как личное имя, точнее, его обиходная форма, становится родовым прозвищем, а затем и фамилией. В её основе лежит имя Митроша, которое в старину было распространённым в крестьянской и посадской среде. Вопрос о том, от какого полного имени образовано это уменьшительное, имеет две версии, и обе имеют право на существование.

Первая и наиболее вероятная гипотеза связывает Митрошу с крестильным именем Митрофан. В переводе с греческого оно означает «слава матери» или «найденный матерью» — имя было популярно на Руси, а его разговорные формы часто усекались до коротких и удобных в быту. Вторая версия менее очевидна, но тоже встречается в ономастике: Митроша мог быть производной формой от имени Дмитрий. В народной речи окончания и основы нередко смешивались, поэтому такое превращение вполне возможно, хотя для Дмитрия более типичны формы Митя, Митька, Митюха. Слабость второй версии в том, что она требует дополнительных промежуточных ступеней, тогда как связка «Митрофан — Митроша» выглядит естественнее и проще.

Сама фамилия образована по стандартной для русской ономастики модели с суффиксом -ин. Этот суффикс указывал на принадлежность: Митрошин буквально означает «сын Митроши», «ребёнок Митроши». Такая модель была особенно распространена на севере и в центральной России, где фамилии на -ин встречались чаще, чем на -ов, особенно если основа оканчивалась на мягкий согласный или на -а. Митроша как раз даёт такую основу, поэтому форма Митрошин закономерна.

Говорить о конкретном месте и времени возникновения фамилии сложно: процесс становления родовых имён растянулся на несколько столетий, а сами Митрошины могли появиться в разных регионах независимо друг от друга. Однако сам факт, что фамилия сохранилась и дошла до наших дней, говорит о том, что предки носителей этой фамилии были оседлыми людьми, вероятно, крестьянами или ремесленниками, которые закрепили за своей семьёй прозвание по имени главы рода. Сегодня фамилия Митрошины встречается в разных областях России, что подтверждает её давнюю и широкую географию, но точную статистику по ней привести сложно — она не относится к числу самых частотных, но и не является редкостью. Это делает её неброским, но надёжным памятником живой народной традиции имянаречения.