Фамилия Морбэ — редкая и необычная для русского уха. Её звучание сразу выдает нерусское происхождение, и это главная зацепка. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий, оканчивающихся на -ов, -ев, -ин или -ский, Морбэ имеет финаль -э, что совершенно нехарактерно для восточнославянской модели словообразования. Скорее всего, перед нами фамилия западноевропейского или, что вероятнее, тюркского происхождения, которая сохранила оригинальное написание при переходе в русскую среду.

Самая правдоподобная версия связывает основу «Морб» с французским словом «morbide» (болезненный, нездоровый) или с «morbus» (болезнь) — латинским корнем, который дал начало медицинскому термину «морбидность». Однако в качестве фамилии такое прозвище могло закрепиться не в прямом смысле, а иронично: например, человека с бледным лицом или вечно жалующегося на здоровье могли прозвать «Морб». В пользу французского следа говорит и конечное -э — в русском языке фамилии на -э (Дюма, Золя) обычно не склоняются и воспринимаются как иноязычные заимствования.

Вторая, менее очевидная версия — тюркская. В некоторых тюркских языках «мор» означает «печать», «клеймо» или «знак», а «бэ» может быть вариантом «бей» (господин, князь). Тогда Морбэ могло означать «господин с печатью» или «клейменый господин» — прозвище, указывающее на должность или социальный статус. Однако эта гипотеза слабее, так как сочетание «морбэ» не встречается в известных тюркских ономастиконах как устойчивая форма.

Географически фамилия Морбэ встречается крайне редко. По данным открытых источников, единичные носители зафиксированы в России, преимущественно в Москве и Санкт-Петербурге, а также в странах бывшего СССР. Возможно, это потомки французских эмигрантов, осевших в России после революции 1917 года, или обрусевшие носители фамилии из Прибалтики, где встречаются фамилии с похожей структурой.

Сравнение с однокоренными фамилиями ничего не даёт: Морбов, Морбин или Морбский в русском ономастиконе нет. Это делает Морбэ изолированным случаем — фамилией, которая не вписывается в привычные схемы и, скорее всего, была принесена в Россию извне. Носителям этой фамилии стоит искать корни в западноевропейских архивах или в записях о переселенцах XIX–XX веков.