Фамилия Мухасранцев — один из тех случаев, когда сразу видно: перед нами не древний боярский род, а прозвище, превратившееся в фамилию. Причем прозвище яркое, нецензурное по современным меркам, но в крестьянской среде XV–XVII веков — вполне рабочее. Основа здесь — слово «мухасран», то есть «мухасран» (птичий помёт мух, буквально «мушиное дерьмо»). В говорах так могли назвать человека неопрятного, неряшливого, либо того, кто занимался грязной работой — например, чистил отхожие места или работал с навозом. Вторая версия, менее вероятная, — что прозвище дали за мелкую, назойливую суетливость, сравнив с мухой, но тогда форма была бы «Муха» или «Мухин», а не «Мухасран».

Суффикс «-цев» указывает на модель образования от прозвища, оканчивающегося на «-ец»: Мухасранец → сын Мухасранца → Мухасранцев. Это типичная «отческая» фамилия, распространённая в северных и центральных губерниях России, особенно в среде бывших государственных крестьян. Дворянской эта фамилия быть не могла: слишком низкое, бытовое прозвище. Зато она редкая — носителей по всей России, судя по открытым данным, не больше нескольких сотен человек, и большинство живёт в Поволжье (Нижегородская, Кировская области, Татарстан). Именно там в XVIII–XIX веках часто давали «неприличные» фамилии при переписях — либо закрепляли уличные прозвища, либо записывали так, как называли в деревне, не задумываясь о благозвучии.

Интересно, что фамилия сохранила архаичную форму слова «срань» (в значении «грязь, нечистоты») в составе. В современных говорах «мухасран» почти не встречается, но в словаре Даля есть глагол «срать» и производные, а «мухасран» как сложное слово — типичный образец народной экспрессивной лексики, которая редко попадала в письменные источники. Поэтому Мухасранцев — не просто фамилия, а лингвистическая редкость: живое свидетельство того, как в русских деревнях относились к чистоте и как не стеснялись называть вещи своими именами.