Фамилия Мусангузов — редкий случай в русском ономастиконе, где тюркский корень встретился с типично русским суффиксом принадлежности. Основа «Мусангуз» — это сложное имя или прозвище, которое почти наверняка восходит к двум тюркским компонентам: «Муса» (арабское имя библейского Моисея, популярное у мусульманских народов) и «гуз» (в тюркских языках — «глаз», «око»). Прямое значение — «Муса-глаз» или «глаз Мусы». Вряд ли это имя давали младенцу: скорее, «Мусангузом» прозвали взрослого человека, обладавшего острым зрением, внимательностью или, возможно, имевшего какую-то примету на глазу. Встречаются и варианты прочтения, где «гуз» — это не глаз, а искаженное «куз» (в значении «сын», «потомок» у некоторых тюркских групп), но для фамилии, закрепившейся в русской среде, версия с «глазом» исторически более убедительна.

Суффикс «-ов» указывает на стандартную русскую модель образования фамилий по отчеству: «чей сын?» — Мусангузов. Это значит, что первого носителя фамилии в документах записали как «Мусангуз», а его дети и внуки уже стали Мусангузовыми. Фамилия недвусмысленно говорит о том, что предок был крещён или числился в православном сословии, иначе в документах сохранилась бы мусульманская форма без русского окончания. Географически фамилия тяготеет к регионам, где русские долго и плотно контактировали с тюркскими народами: Поволжье, Приуралье, юг Сибири. Встречается она редко, и это не случайно — составное имя «Мусангуз» было штучным, индивидуальным прозвищем, а не массовым именем.

С точки зрения словообразования, Мусангузов интересен тем, что сохранил в основе полную форму тюркского словосочетания, а не усечённый корень. Многие фамилии тюркского происхождения (скажем, Мурзаев, Ахметов) строятся на одном имени, а здесь — целая описательная конструкция. Это роднит фамилию с такими редкими примерами, как Баймурзин или Карагузов, где в основе лежит не просто имя, а характеристика человека. Если ваш предок был Мусангузовым, он почти наверняка происходил из среды служилых татар, башкир или крещёных тюрков, перешедших на русскую фамильную систему в XVII–XVIII веках. Фамилия не дворянская и не купеческая — её носители, скорее всего, были государственными крестьянами или казаками, людьми, чья фамилия закрепилась в приходских книгах благодаря необычному прозвищу деда.