Фамилия Нахренаев — яркий пример того, как русское прозвище, закреплённое в официальном документе, превратилось в фамилию. Её основа — наречие или междометие «нахрена» (с вопросом «зачем?» или «для чего?»). В дореволюционной России такое прозвище мог получить человек, который часто задавал этот вопрос, был дотошным или, наоборот, делал всё невпопад, вызывая у окружающих ту самую реакцию: «Нахрена?». Также прозвище могло закрепиться за тем, кто постоянно сомневался в целесообразности действий или был известен своей привычкой переспрашивать.

Модель образования типична для русских фамилий: прозвище + патронимический суффикс -ев (после мягкого согласного «н»). Первоначально Нахренаев — это «сын Нахрены» или «человек из семьи Нахрены». Поскольку слово «нахрена» не является личным именем и не имеет церковного календарного происхождения, фамилия явно крестьянская или мещанская, возникшая в среде, где прозвища давали по поведению, а не по роду занятий.

Стоит отметить, что фамилия редкая и не встречается в массовых списках дворянских родов. Она могла возникнуть в центральных или южных губерниях России, где диалектное произношение и бытовая лексика были особенно богаты на экспрессивные прозвища. В письменных источниках XVIII–XIX веков могла фиксироваться в форме Нахренин (от варианта «Нахреня»), но суффикс -ев указывает на более позднюю стандартизацию по типу отчества.

Из-за неблагозвучности для современного уха фамилия нередко подвергалась искажениям при переписи: её могли записать как Нахреев, Нахраев или даже Нахренов, путая суффиксы. Единственная версия, которую стоит отбросить, — это связь с каким-либо географическим названием или нехристианским личным именем: корень «нахрен» не встречается в древнерусской антропонимии. Фамилия — чисто бытовое, ситуационное прозвище, которое со временем стало родовым именем.