Фамилия Натаропагечко — редкий случай, когда этимология лежит на поверхности, но не в славянском, а в итальянском языке. Основа фамилии — итальянское слово «natura» (природа) и, вероятно, глагол «pagare» (платить) или его производные. В буквальном прочтении «натура пага» могло означать «плата натурой» — то есть оплата товаром или услугами, а не деньгами. Такое прозвище мог получить либо крестьянин, который регулярно расплачивался с помещиком урожаем, либо, что вероятнее, мелкий торговец или меняла, принимавший натуральный обмен.

Суффикс «-ечко» указывает на украинское или южнорусское происхождение. В украинском языке этот суффикс часто образует фамилии от прозвищ или профессий, придавая им уменьшительно-ласкательный или, наоборот, бытовой оттенок. Получается модель: прозвище (Натаропага) + суффикс принадлежности (-ечко). То есть Натаропагечко — «сын того, кого звали Натаропага» или «потомок того, кто брал плату натурой».

Географически фамилия тяготеет к западным областям Украины, где исторически были сильны итальянские торговые связи (через Галицию и Волынь). Возможно, предок носителя фамилии был итальянским купцом или ремесленником, осевшим в этих землях, а его прозвище закрепилось за потомками в украинизированной форме.

С точки зрения словообразования, фамилия уникальна тем, что сочетает романский корень с восточнославянским суффиксом. Это редкий гибрид, который почти не встречается в ономастических справочниках. Аналогов среди массовых русских фамилий нет — это не типичная «профессиональная» модель вроде Кузнецов или Мельников, а скорее единичное прозвище, застывшее в форме.

Если рассматривать альтернативную версию, что основа — славянское «на таропаге» (от «таропа» — торопливость, поспешность), то объяснение получается натянутым: слово «таропа» почти исчезло из живого языка, а фамилия с таким корнем не фиксируется в диалектах. Поэтому итальянская гипотеза остается основной.

В современном мире носителей фамилии мало, и она практически не встречается за пределами Украины. Для потомка это прямое указание на то, что его предок, скорее всего, был не крестьянином, а человеком, связанным с торговлей или денежными расчетами в XVI–XVII веках.