Фамилия Нескромов — яркий пример того, как в русской ономастике личное качество или поведение становилось основой для родового имени. Она образована от прилагательного «нескромный» с помощью стандартного патронимического суффикса -ов, который указывал на принадлежность: «чей?» — «Нескромов», то есть сын Нескромного. В отличие от более распространённых фамилий на -ин, эта модель характерна для основы на твёрдый согласный.

Прозвище Нескромный в старину давали не обязательно за хвастовство или наглость. В крестьянской и посадской среде «нескромным» могли назвать человека, который нарушал принятые нормы поведения: говорил лишнее, шутил не к месту, не умел держать язык за зубами или, наоборот, был слишком прямолинейным. В некоторых говорах слово «нескромный» имело оттенок «бесстыжий» или «назойливый», но без резко отрицательной окраски — скорее как бытовая характеристика.

Интересно, что фамилия Нескромов встречается относительно редко, и это наводит на мысль о её локальном происхождении. Скорее всего, она возникла не в центральных губерниях, а на окраинах Русского государства — например, в северных или поволжских землях, где прозвища часто закреплялись в более грубой, прямой форме. В официальных документах XVII–XVIII веков такие фамилии почти не фиксируются, что говорит о её позднем оформлении — вероятно, уже после отмены местничества, когда крестьяне и посадские люди начали массово получать фамилии по прозвищам.

В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» примеров с корнем «нескром-» нет, что подтверждает её неканонический, народный характер. Если сравнивать с однокоренными фамилиями — Скромнов, Скромный, — то Нескромов стоит особняком: в ней отрицательная частица «не» не отменяет качество, а подчёркивает его как постоянный признак. Это типично для прозвищ-антонимов, которые в русской традиции давали «от противного»: например, фамилия Некрасов тоже образована от «некрасивый», но не несла в себе буквального смысла.

Таким образом, предок современных Нескромовых был, скорее всего, человеком с живым характером, который не вписывался в строгие рамки общинного этикета. Фамилия не указывает на дворянское происхождение или принадлежность к духовенству — это чисто крестьянское или мещанское прозвище, закрепившееся в документах уже в XIX веке.