Фамилия Нистеренко — яркий пример украинской модели фамилий на -енко, которая в XVII–XVIII веках стала массово вытеснять более ранние патронимы. Суффикс -енко изначально означал «маленький» или «сын», так что Нистеренко — это буквально «сын Нистера». Но вот что скрывается за этим самым Нистером — вопрос, на который нет однозначного ответа, и это как раз тот случай, когда стоит разобрать несколько версий.

Самая прямая гипотеза: Нистер — это вариант имени Анастасий или его уменьшительной формы. В украинской народной традиции полные имена часто сокращали до неузнаваемости: Анастасий мог превратиться в Настера, а затем в Нистера. Подтверждение этому — фамилия Настенко, которая существует и явно родственна Нистеренко по корню. Если так, то предок носителя фамилии был сыном человека по имени Анастасий (что значит «воскресший»), и фамилия — чистой воды патроним.

Вторая версия, более редкая, отсылает к прозвищу. В украинских говорах слово «нистер» могло означать человека неловкого, неуклюжего или, наоборот, хитрого и изворотливого — в зависимости от контекста. Такие прозвища давали по поведению, и они легко закреплялись за родом. Однако в словарях украинских прозвищ это слово не фиксируется как частое, поэтому версия с именем выглядит предпочтительнее.

География фамилии типична для восточной Украины: Нистеренко чаще всего встречается в Полтавской, Сумской и Харьковской областях. Это зона активного формирования фамилий на -енко в казацкой среде. В российских переписях фамилия редка и почти всегда указывает на украинские корни семьи. Сословно предки могли быть как казаками, так и крестьянами — суффикс не даёт подсказки о социальном статусе, в отличие от фамилий на -ский, которые часто носили шляхта и духовенство.

Любопытная деталь: в старых метрических книгах встречается написание «Нисторенко» — от имени Нистор (просторечная форма Нестора). Это ещё один вариант происхождения, который показывает, как в устной речи смешивались похожие корни. Так что если ваш предок записан как Нисторенко, а позже стал Нистеренко — это не ошибка писаря, а живой языковой процесс.