Фамилия Низкодубов — редкий пример славянской модели, где в одной основе соединились сразу два прозвища. Большинство русских фамилий образовано от одного имени или прозвища, а здесь словно склеились два: Низко и Дуб. Такое сращение само по себе делает фамилию самобытным памятником культуры, ведь она точно указывала на отличительные признаки конкретного человека.

Начнем с прозвища Дуб. Оно ведет начало от нарицательного названия дерева. Дубом могли прозвать человека, возле дома которого рос могучий дуб, или того, кто жил в дубовой роще. Не исключено, что так называли торговца дубовой древесиной или мастера-резчика по дереву. Но у славян дуб — не просто дерево. Он символизировал сильное мужское начало, мощь, твердость и стойкость, а также связывался с образом бога-громовержца Перуна. Поэтому прозвище Дуб с равной вероятностью могло отражать и черты характера: так называли крепкого, несгибаемого человека.

Вторая часть, Низко, указывала на место жительства. Низко — это тот, кто живет в низовье, ниже по течению реки. В топонимике таких мест всегда было много: села и деревни в поймах рек часто получали приставку «низ-». Впрочем, есть и другая версия: Низко могло быть прозвищем по внешнему виду — так могли назвать человека невысокого роста. Обе версии правдоподобны, и без знания конкретной местности выбрать одну сложно.

Возможен и третий путь. У славян существовала традиция давать детям нецерковные имена по названиям деревьев. Давая младенцу имя Дуб, родители хотели, чтобы природа воспринимала ребенка как своего, чтобы к нему перешли полезные качества, которыми наделено это дерево. А раз дуб был одним из наиболее почитаемых деревьев, родители могли рассчитывать и на покровительство богов своему сыну. В этом случае Низко — не второе прозвище, а уточняющее дополнение, которое закрепилось за человеком как наиболее употребительное именование.

Фамилия оформлена стандартным русским окончанием принадлежности -ов. Оно указывает на потомка: Низкодубов — сын Низкодуба, то есть потомок человека, которого звали Низко Дуб. Так прозвище закреплялось за домочадцами и передавалось дальше. Точное время и место возникновения фамилии можно установить только через серьезные генеалогические изыскания, но сама ее структура уже многое говорит о том, каким видели своего предка первые носители.