Фамилия Нуссбаум — прозрачный пример немецкой модели фамильных прозвищ, указывающих на место жительства. Она сложилась из двух основ: средневерхненемецкого nuz («орех») и Baum («дерево»). То есть дословно — «ореховое дерево». Чаще всего так называли человека, чей дом стоял у заметного орехового дерева, которое служило естественным ориентиром для соседей. Впрочем, прозвище могло закрепиться и за владельцем ореховой рощи или сада.

Вторая версия связана с еврейской традицией фамилий. В конце XVIII — XIX веке, когда власти Австрийской империи, Пруссии и России обязали евреев выбрать наследственные фамилии, многие взяли «красивые» немецкие названия деревьев и растений. Нуссбаум в этом ряду стоит рядом с Розенбаумом («розовое дерево») или Мандельбаумом («миндальное дерево»). Такие имена часто не отражали реального занятия человека, а давались по желанию или указанию чиновника. Поэтому у фамилии два равноправных пути происхождения: бытовое прозвище или искусственно присвоенное имя.

Словообразовательная модель проста: сложение двух корней без суффикса, типичное для немецких фамилий. В русском языке фамилия сохранила исходное написание и не склоняется по правилам русской грамматики, что выдает её позднее заимствование.

Самый известный носитель фамилии — Феликс Нуссбаум (1904–1944), немецкий художник еврейского происхождения, представитель стиля Новая предметность. Его трагическая судьба — бегство от нацистов, арест в Бельгии и гибель в Освенциме — сделала фамилию узнаваемой в истории искусства. В его работах мотив орехового дерева не встречается, но сама фамилия звучит как мрачная ирония судьбы: «дерево» не стало защитой от корней зла.

Встречаемость фамилии в современной Германии невысока, чаще она попадается в еврейских общинах США и Израиля, куда потомки эмигрировали в XX веке. В России фамилия редкая и, как правило, принадлежит потомкам немцев или евреев, переселившихся в империю в XVIII–XIX веках.