Фамилия Обливанцев происходит от прозвища Обливанец, и за этим прозвищем стоят две совершенно разные истории. Первая отсылает к ремеслу. Глагол «обливать» в старину значил «покрывать эмалью». Существовала целая технология изготовления так называемой обливаной, или муравленой, посуды — горшков, кувшинов и мисок, которые покрывали эмалью и украшали эмалевым узором. Мастера, который делал такую посуду, соседи так и звали — Обливанец. Это прозвище, как и многие другие профессиональные именования, легко закрепилось за человеком и перешло к его детям.

Вторая версия связана с обрядом крещения. В западных и малороссийских славянских диалектах бытовало понятие «обливательное крещение». Обычно младенца погружали в купель, но в некоторых случаях, особенно если человек принимал крещение уже в сознательном возрасте, его не погружали в воду, а обливали водой сверху. Ребёнок или взрослый, прошедший такой обряд, получал прозвище Обливанец. Судя по всему, это именование закреплялось за человеком как самое употребительное и со временем легло в основу фамилии.

Какая из версий правдоподобнее? Обе имеют право на существование, но ремесленная выглядит более устойчивой. Прозвища по профессии встречались повсеместно и легко передавались по наследству, тогда как прозвище по обряду крещения должно было закрепиться за конкретным человеком при особых обстоятельствах. Впрочем, не исключено, что в разных регионах фамилия Обливанцев возникла независимо и по разным причинам — такое случалось с фамилиями, образованными от одного корня.

Сама фамилия построена по стандартной для русских фамилий модели: прозвище на -ец (Обливанец) плюс типичный притяжательный суффикс -ев. Такой суффикс указывал на принадлежность: Обливанцев буквально означал «сын Обливанца», «из рода Обливанца». Суффикс -ев, а не -ов, появился потому, что основа прозвища заканчивалась на мягкий согласный «ц».

Фамилия Обливанцев — самобытный памятник славянской культуры, и она нечасто встречается в документах. Процесс формирования каждой конкретной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности, поэтому окончательно говорить о точном времени и месте её происхождения можно лишь на основании серьёзных генеалогических исследований. Но в любом случае, независимо от того, был ли предок гончаром, покрывавшим посуду эмалью, или человеком, принявшим крещение через обливание, его потомки сохранили в фамилии память о нём.